КЮИ Цезарь Антонович (1835-1918) CUI César (1835-1918)


КЮИ Цезарь Антонович (1835-1918)
CUI César (1835-1918)

Кюи Цезарь Антонович Замечательный русский композитор и музыкальный критик, инженер-генерал Ц.А. Кюи родился 6 (18) января 1835 года в Вильно (ныне Вильнюс, Литва). Его мать, Юлия Гуцевич, была литовкой, отец - француз, бывший офицер Наполеоновской армии, оставшийся в России после войны 1812 года, был учителем в местной гимназии. Ц.А. Кюи учился в виленской гимназии, в той самой, где его отец преподавал французский язык.

У мальчика рано проявился интерес к музыке. Пятилетним ребенком Кюи уже воспроизводил на фортепиано мелодию слышанного им военного марша. Первые уроки игры на фортепиано он получил в десятилетнем возрасте у своей старшей сестры, затем некоторое время занимался с частными педагогами, его учителями были Герман и скрипач Дио. В 14 лет, еще гимназистом, Кюи, под влиянием музыки Шопена, оставшегося навсегда любимым композитором, сочинил свое первое сочинение - мазурку на смерть одного из учителей. Затем последовали ноктюрны, песни, романсы без слов и даже "Увертюра или нечто в этом роде". Несовершенные и по-детски наивные, эти первые опусы все же заинтересовали одного из учителей Кюи, который показал их Станиславу Монюшко, жившему в то время в Вильно. Выдающийся польский композитор сразу оценил дарование мальчика и, зная незавидное материальное положение семьи Кюи, стал бесплатно с ним заниматься по теории музыки, контрапункту и композиции. Всего 7 месяцев проучился Кюи у Монюшко, однако уроки большого мастера, сама его личность запомнились на всю жизнь. Эти занятия, как и учеба в гимназии, были прерваны в 1850 году из-за отъезда в Петербург для поступления в Главное инженерное училище.

В 1851 году Ц.А. Кюи поступил в инженерное училище. О систематических занятиях музыкой там не могло быть и речи, но музыкальных впечатлений, прежде всего от еженедельных посещений оперы, было много, и они впоследствии дали богатую пищу для формирования Кюи как композитора и критика. Четыре года Кюи учился в Главном инженерном училище, в 1855 году был произведен в офицеры, а в 1857 году окончил Санкт-Петербургскую Николаевскую Военно-инженерную академию. Выпускник академии Ц.А. Кюи был оставлен при ней репетитором по топографии с производством "по экзамену за отличные успехи в науках в поручики". Началась многотрудная педагогическая и научная деятельность: в 1859 году Ц.А. Кюи стал преподавателем фортификации. За первые 20 лет службы Кюи прошел путь от прапорщика до полковника (1875), однако его преподавательская работа ограничивалась лишь младшими классами училища. Это было связано с тем, что военное начальство не могло примириться с мыслью о возможности для офицера с одинаковым успехом совмещать научно-педагогическую, композиторскую и критическую деятельность.

Самые ранние романсы Кюи написал около 1850 года ("Шесть Польских песен", изданы в Москве, в 1901 году), но серьезно развиваться его композиторская деятельность начала лишь после окончания им академии. Громадное значение в развитии таланта Кюи имела дружба с М.А. Балакиревым, с которым он познакомился в 1856 году. Эта дружба послужила толчком для возобновления серьезных занятий музыкой. Балакирев являлся в первом периоде творчества Кюи его советником, критиком, учителем (главным образом, по части оркестровки, оставшейся навсегда наиболее уязвимой стороной фактуры Кюи). Близкое знакомство с кружком Балакирева: Мусоргским (1857), Римским-Корсаковым (1861) и Бородиным (1864), а также с Даргомыжским (1857) и ненадолго с А.Серовым оказало большое влияние на выработку вокального стиля Кюи. В 1858 году Кюи женился на ученице Даргомыжского, певице М.Р. Бамберг. Ей посвящено оркестровое скерцо F-dur для фортепиано в 4 руки, с главной темой, В, А, В, Е, G (буквы ее фамилии) и упорным проведением нот С, С (Cesar Cui) - идея, явно навеянная Шуманом, имевшим вообще большое влияние на Кюи. Исполнение этого скерцо в Петербурге 14 декабря 1859 года в симфоническом концерте Императорского Русского Музыкального Общества было первым публично исполненным сочинением Кюи как композитора.

К тому же времени относятся два фортепианных скерцо C-dur и gis-moll и первый опыт в оперной форме: два акта оперы "Кавказский Пленник" (1857-1858) по Пушкину. В 1881-1882 годах Кюи переделал и дополнил третьим актом "Кавказского пленника", который в 1883 году был поставлен на сцене Мариинского театра в Петербурге и в Частной опере в Москве в 1900 году. Второй оперой Кюи стала одноактная комическая опера в легком жанре "Сын Мандарина" (1859; текст В.Крылова), поставленная на домашнем спектакле у Кюи. В роли Мандарина выступил М.Мусоргский, аккомпанировал на фортепиано автор, причем увертюра была исполнена Кюи и Балакиревым в четыре руки. Публично опера впервые шла в Клубе Художников в Петербурге (1878), а впоследствии на Императорской сцене в Москве. Пройдет много лет, и эти произведения станут наиболее репертуарными операми Кюи.

Всем дальнейшим музыкальным развитием Кюи обязан знакомству с Даргомыжским и постоянному общению с Балакиревым и его кружком, получившим название "могучей кучки" (Балакирев, Кюи, Мусоргский, Бородин, Римский-Корсаков), к которому Кюи примкнул с первых шагов. Реформаторские начинания в области драматической музыки, отчасти под влиянием Даргомыжского, в противовес условностям и банальностям итальянской оперы выразились в опере "Вильям Ратклиф", начатой в 1861 году. В основу этой оперы была положена одноименная поэма Г.Гейне: "Остановился я на этом сюжете потому, что мне нравилась его фантастичность, неопределенный, но страстный, подверженный роковым влияниям характер самого героя, увлекал меня талант Гейне и прекрасный перевод А.Плещеева (красивый стих всегда меня прельщал и имел несомненное влияние на мою музыку)". Сочинение оперы превратилось в своеобразную творческую лабораторию, в которой идейно-художественные установки балакиревцев проходили проверку живой композиторской практикой, а сами они на опыте Кюи учились оперному сочинительству. Мусоргский писал: "Хорошие вещи всегда заставляют себя искать и ждать, а "Ратклиф" более чем хорошая вещь... "Ратклиф" не только Ваш, но и наш. Он выползал из Вашего художнического чрева на наших глазах и ни разу не изменил нашим ожиданиям. ...Вот что странно: "Ратклиф" Гейне - ходуля, "Ратклиф" Ваш - тип бешеной страсти и до того живой, что из-за Вашей музыки ходули не видно - ослепляет". Характерной особенностью оперы является причудливое сплетение в характерах героев реалистических и романтических черт, что уже было предопределено литературным первоисточником.

Романтические тенденции проявляются не только в выборе трагического сюжета, но и в использовании оркестра, гармонии. Музыка многих эпизодов отличается красотой, мелодической и гармонической выразительностью, оперные формы и сам стиль музыки у Кюи свободны; речитативы, которыми пронизан "Ратклиф", тематически насыщены и разнообразны по колориту. Одной из важных особенностей оперы является хорошо разработанная мелодическая декламация. Слабейшей стороной партитуры "Ратклифа" была оркестровка. К недостаткам следует отнести отсутствие широкого музыкально-тематического развития, некоторую калейдоскопичность тонких по художественной отделке деталей. Не всегда композитору удавалось объединить прекрасный музыкальный материал в единое целое.

Единение музыки и текста, тщательная разработка вокальных партий, применение в них мелодического, певучего речитатива, трактовка хора, как выразителя жизни масс, симфоничность оркестрового сопровождения - все эти особенности, в связи с достоинствами музыки, красивой, изящной и оригинальной, сделали "Ратклифа" новым этапом в развитии русской оперы. Трехактная опера "Вильям Ратклиф" писалась в 1861-1868 годах и отразила прогрессивные эстетические установки "Могучей кучки", возбудила много шума и полемики в музыкальном мире. "Ратклиф" был поставлен в 1869 году на сцене Мариинского театра, но публика оперу не оценила, может быть, и ввиду неряшливого исполнения, против которого протестовал сам автор. Письмом в редакцию "Санкт-Петербургских Ведомостей" он просил публику не посещать представлений его оперы. "Ратклиф" скоро был снят с репертуара и вновь появился на сцене лишь спустя 30 лет (на частной сцене в Москве).

Подобная же участь постигла и 4-актную оперу "Анджело" (1871-1875), где те же оперные принципы получили свое полное завершение. Опера была написана на сюжет драмы В.Гюго (действие происходит в XVI веке в Италии). К ее созданию Кюи приступил будучи уже зрелым художником. Его композиторское дарование развилось и окрепло, значительно возросло техническое мастерство. Музыка "Анджело" отмечена большим вдохновением и страстностью. Созданы характеры сильные, яркие, запоминающиеся. Кюи умело построил музыкальную драматургию оперы, постепенно от действия к действию усиливая разнообразными художественными средствами напряжение происходящего на сцене. Он мастерски применяет речитативы, насыщенные экспрессией и богатые по тематическому развитию. Поставленная в Мариинском театре (1876), опера эта в репертуаре не удержалась и возобновлена была лишь на несколько представлений на той же сцене в 1910 году, в ознаменование 50-летия композиторской деятельности автора. Несколько больший успех "Анджело" имел в Москве, опера была поставлена на сцене Большого театра в 1901 году. В жанре оперы Кюи создал много замечательной музыки, но высшими достижениями стали "Вильям Ратклиф" и "Анджело". Однако именно здесь, несмотря на великолепные находки и озарения, проявились и определенные негативные тенденции, прежде всего расхождение между масштабностью поставленных задач и их практической реализацией.

К тому же времени относится и опера-балет "Млада" (1872) - совместное произведение членов балакиревского кружка. Кюи написал первый акт, а остальное сочинили Римский-Корсаков, Мусоргский, Бородин, и Минкус. Балет этот нигде не ставился и не был напечатан. Рядом с "Анджело" по художественной законченности и значительности музыки можно поставить трехактную оперу "Le Flibustier" (русское название - "У моря"), написанную в 1888-1889 годах на французский текст драмы Жана Ришпена, целиком положенный на музыку и шедшую, без особого успеха, только в Париже, на сцене Комической Оперы (1894). В музыке ее французский текст был трактован с той же правдивой выразительностью, как русский - в русских операх Кюи.

Следующая опера Кюи, четырехактная опера "Сарацин", была написана на сюжет драмы А.Дюма-отца "Карл VII у своих вассалов" ("Charles VII chez ses grands vasseaux"), и шла впервые на Санкт-Петербургской Мариинской сцене в 1898 году. В Москве опера была поставлена на Частной сцене в 1902 году. В остальных произведениях драматической музыки: "Пир во время чумы" (1900, на неизмененный текст Пушкина; исполнена в Санкт-Петербурге и на Императорской сцене в Москве); "Mademoiselle Fifi" (1900, на сюжет Мопассана и Метенье, исполнена в Москве и Петрограде); "Матео Фальконе" (1901, по Мериме и Жуковскому, исполнена в Москве) и "Капитанская Дочка" (1907-1909, по Пушкину, Мариинский театр, 1911; в Москве, 1913) Кюи, не изменяя резко своим прежним оперным принципам, отдает (отчасти в зависимости от текста) явное предпочтение кантилене. Всего Кюи создал 14 опер, ни одна из них не имела большого успеха. Следует выделить из них четыре оперы для детей: "Снежный Богатырь" (1904); "Красная Шапочка" (1911, по Ш.Перро); "Кот в сапогах" (1912, по Ш.Перро); "Иванушка-Дурачок" (1913). В них, как и в своих детских песнях, Кюи проявил много простоты, нежности, остроумия. Замечательный лирик, способный воплощать в музыке самые возвышенные чувства, он как художник наиболее раскрылся в миниатюре и, прежде всего, в романсе. В этом жанре Кюи достиг классической стройности и гармонии.

Романсы (их Кюи создал более 400) имеют наибольшее художественное значение в его творчестве. В них композитор отказался от куплетной формы и от повторений текста, находящего всегда выражение как в вокальной партии, замечательной по красоте мелодии и по мастерской декламации, так и в сопровождении, отличающемся богатой гармонией и прекрасной фортепьянной звучностью. Выбор текстов для романсов сделан с большим вкусом. Большей частью они чисто лирические - область, самая близкая таланту Кюи; он достигает в ней не столько силы страстности, сколько теплоты и искренности чувства, не столько широты размаха, сколько изящества и тщательной отделки деталей. Иногда в нескольких тактах на коротенький текст Кюи дает целую психологическую картинку. Среди романсов Кюи есть и повествовательные, и описательные, и юмористические. В позднейший период творчества Кюи стремился выпускать в свет романсы в виде сборников на стихотворения одного и того же поэта - "20 стихотворений Ж.Ришпена" (1890), "25 стихотворений Пушкина" (1899), "21 стихотворение Некрасова" (1902), циклы романсов на стихи Майкова, Мицкевича, Лермонтова, графа А.К. Толстого. В композиторском наследии Кюи выделяются романсы "Сожжённое письмо", "Царскосельская статуя" на слова Пушкина, "Эоловы арфы" на слова А.Н. Майкова, 13 музыкальных картинок, вокальный цикл "Отзвуки войны" (1904-1905).

нотный автограф Кюи К вокальной музыке Кюи относятся еще около 70 хоров и 2 кантаты - "В честь 300-летия Дома Романовых" (1913) и "Твой стих" (слова И.Гриневской), в память Лермонтова. Ряд значительных произведений создал Кюи в области инструментальной музыки - для оркестра, струнного квартета и для отдельных инструментов. И хотя Кюи в этом жанре не так типичен, но и в этой области им написаны 4 сюиты. Одна из них - сюита №4 для фортепиано - посвящена Л.Мерси д'Аржанто, большому другу Кюи, автору монографии о его творчестве, для распространения сочинений которого во Франции и Бельгии она сделала очень много. Помимо этого - 2 скерцо, тарантелла (есть блестящая фортепьянная транскрипция Ф.Листа), "Marche solennelle" и вальс (ор. 65). Затем идут 3 струнных квартета, 25 фортепианных прелюдий, много пьес для скрипки и для виолончели. Всего до 1915 года было издано 92 опуса Кюи; в это число не входят оперы и другие сочинения. Необходимо отметить, что Кюи закончил две оперы других композиторов. В 1870 году, согласно предсмертной воле Даргомыжского, он написал конец 1-й сцены в "Каменном Госте", а в 1916 году Кюи дописал оперу Мусоргского "Сорочинская ярмарка".

Талант Кюи-композитора - более лирический, чем драматический. Он неисчерпаемый мелодист, изобретательный до изысканности гармонист; менее разнообразен он в ритмике, редко обращается к контрапунктическим комбинациям и не вполне свободно владеет современными оркестровыми средствами. Его музыка, нося черты французского изящества и ясности стиля, славянской задушевности, полета мысли и глубины чувства, лишена, за немногими исключениями, специально русского характера.

Музыкально-критическая деятельность Ц.А. Кюи началась в 1864 году, когда композитор стал постоянным сотрудником "Санкт-Петербургских Ведомостей". В этой газете Кюи работал до 1875 года, а затем статьи его появлялись в "Музыкальном обозрении" (1885-1888), "Артисте" (1889-1895), а также в "Голосе", "Неделе", "Новостях" и многих других русских и иностранных изданиях вплоть до 1900 года, пролагая дорогу молодому русскому искусству. Темы его газетных выступлений чрезвычайно разнообразны. Он с завидным постоянством рецензировал петербургские концерты и оперные спектакли, создавая своеобразную музыкальную летопись Петербурга, анализировал творчество русских и зарубежных композиторов, искусство исполнителей. Статьи и рецензии Кюи (особенно в 1860-е годы) в значительной степени выражали идейную платформу балакиревского кружка.

В начале своей критической деятельности, он вместе со В.В. Стасовым активно ратовал за "Новую русскую музыкальную школу" и вообще за освобождение от рутины, причем иногда впадал в крайности. Он нападал на консерватории (А.Г. Рубинштейн, П.И. Чайковский), Серова; отрицал Мендельсона и умалял классиков (Моцарта и др.), делая исключение лишь для Бетховена. Ему была присуща некоторая ограниченность суждений, проявившаяся в проходящем через всю его жизнь враждебном отношении к Р.Вагнеру, Дж. Верди и др., непонимании творчества П.И. Чайковского, а также ряда произведений Мусоргского и Бородина. Позднее суждения Кюи стали более склонны к компромиссам. Как критик он стал более терпимым к художественным направлениям, не связанным с "Могучей кучкой". Это было вызвано определенными изменениями в его мировосприятии, с большей, чем прежде, независимостью критических суждений. Так, в 1888 году он писал Балакиреву: ..."мне уже 53 года, и со всяким годом чувствую, как я отрешаюсь мало-помалу от всяких влияний и личных симпатий. Это отрадное чувство нравственной полной свободы. Я могу ошибаться в своих музыкальных суждениях, и это меня мало смущает, лишь бы моя искренность не поддавалась никаким посторонним влияниям, ничего общего с музыкой не имеющим".

Критическая деятельность Кюи немало повредила его композиторской карьере. В своих статьях он пропагандировал М.И. Глинку, А.С. Даргомыжского последнего периода и малоизвестных тогда в России Шумана, Шуберта, Берлиоза и Листа. Своей критической деятельностью Кюи способствовал утверждению прогрессивных идейно-художественных принципов "Могучей кучки", пропаганде творческих начинаний А.П. Бородина, М.П. Мусоргского, Н.А. Римского-Корсакова. Боевой, энергичный, прогрессивный характер (особенно в раннем периоде), литературный блеск, остроумие, создали ему, как критику, огромное влияние.

Одним из первых русских критиков Кюи стал регулярно пропагандировать русскую музыку за рубежом. Он сотрудничал во французской прессе и издал свои статьи из "Revue et gazette musicale" (1878-1880) отдельной книжкой "Музыка в России" ("La musique en Russie", Париж, 1880). Эта книга, вышедшая на французском языке, в сжатом виде излагающая эстетическое кредо автора, немало содействовала распространению русской музыки на Запад. В книге "Музыка в России" Кюи утверждал всемирное значение творчества Глинки, которого называл одним "из величайших музыкальных гениев всех стран и всех времен". Кроме этой книги, Кюи издал отдельные брошюры: "Кольцо Нибелунгов" (1889, отчет о представлении в Байрейте), "История фортепианной литературы. Курс А.Рубинштейна" (1889), "Русский романс" (1896). Помимо перечисленного, Кюи - автор статей по музыке в "Энциклопедическом Словаре" Березина (1873-1880).

Помимо музыкально-критических статей, Ц.А. Кюи написал множество трудов по военно-инженерному делу, многие из которых до сих пор пользуются большим успехом в военном мире: "Краткий учебник полевой фортификации" (8 изданий с 1874 по 1899); "Атака и оборона современных крепостей" ("Военный Сборник", 1881); "Бельгия, Антверпен и Бриальмон" (1882); "Роль долговременной фортификации при обороне государств" (1883, "Курс Николаевской Инженерной Академии"); "Опыт рационального определения величины гарнизона крепости" ("Инженерный Журнал", 1884, удостоена 3-й премии); "Краткий исторический очерк долговременной фортификации" (3 издания с 1889 по 1897); "Учебник фортификации для пехотных юнкерских училищ" (1892); "Несколько слов по поводу современного фортификационного брожения" (1892, удостоена почетного отзыва "Инженерного Журнала") и др.

В 1877 году Кюи был командирован на театр военных действий на Дунае для обзора фортификационных работ по просьбе своего бывшего ученика Скобелева, участвовал в укреплении наших позиций под Константинополем и написал "Путевые заметки инженерного офицера на театре военных действий в Европейской Турции" (1878), переведенные на иностранные языки. Перед отправлением Скобелева в Ахал-Текинскую экспедицию Кюи дал ему ряд советов по устройству коммуникационных линий и этапных пунктов. Возвратившись из этого похода, Скобелев писал Кюи 2 февраля 1881 года: "Артамонов верно передал Вам чувство симпатии и уважения, заставляющие меня жаждать Вас видеть. Я не забыл давнопрошедшее, когда был плохим Вашим учеником, не забыл позиций под Константинополем, наконец, главное, не забыл тех ценных советов, которыми в значительной степени достигнуты наши последние успехи под Геок-Тепе".

В 1878 году, после этой блестящей работы о русских и турецких укреплениях, Кюи был назначен адъюнкт-профессором фортификации, занимая кафедру по своей специальности одновременно в трех военных академиях: Николаевской Академии Генерального Штаба, Военно-инженерной академии и Михайловской Артиллерийской Академии. Его военно-преподавательская деятельность продолжалась почти до конца жизни. В 1880 году Кюи стал профессором, а в 1891 году - заслуженным профессором фортификации Николаевской Военно-инженерной академии, он был произведен в генерал-майоры.

Большие познания Ц.А Кюи в области фортификации составили ему большую известность также и в иностранных военных кругах. Известный бельгийский инженер генерал Бриальмон в течение многих лет вел с Кюи деятельную переписку, совместно обсуждая всевозможные теоретические вопросы фортификации и государственной обороны. 50 таких писем генерала Бриальмона были переданы генералом Кюи в библиотеку Николаевской инженерной академии. Может быть, под влиянием близкого знакомства с Бриальмоном Кюи первым среди русских инженеров предложил применение бронебашенных установок в наших сухопутных крепостях. Но наиболее крупной заслугой генерала Кюи в военной науке является принадлежащий ему первый в России опыт составления истории русской фортификации, которая и была им включена в программу академии.

Как профессор и преподаватель фортификации и как автор выдающихся трудов по этому предмету генерал Кюи приобрел большую и почетную известность. Это послужило основанием к приглашению его для чтения лекций по фортификации Наследнику, впоследствии императору Николаю II, а также Великим Князьям: Сергею и Павлу Александровичам, Николаю, Михаилу, Георгию и Сергею Михайловичам, Петру Николаевичу и герцогам Г.М. и М.М. Мекленбург-Стрелицким. Среди академических учеников генерала Кюи многие занимали высшие должности в армии. В 1904 году Ц.А. Кюи был произведен в чин инженер-генерала. До конца своей жизни Кюи участвовал как авторитет по вопросам фортификации в рассмотрении важнейших вопросов в инженерном комитете Главного инженерного управления. Его лекции и публичные чтения, отличавшиеся глубиной мысли вместе с простотой и ясностью изложения слушались с большим вниманием.

Но и о занятиях музыкой и музыкальной критикой Кюи не забывал, вел активную общественную работу. В 1896-1904 годах Кюи состоял председателем петербургского отделения, а в 1904 году был избран почетным членом Императорского Русского Музыкального Общества. Он состоял членом Бельгийской королевской академии, "The Manuscript Society" в Нью-Йорке, корреспондентом Французской Академии изящных искусств, Института Франции (с 1894) и других ученых и артистических кружков.

После Октябрьской Революции Ц.А. Кюи перешел на сторону Советской власти. Он даже вступил в РККА, продолжая оставаться профессором трех военных академий. Правда, при новой власти он прожил совсем недолго. Умер Кюи в Петрограде 26 марта 1918 года. Он был похоронен на Тихвинском кладбище (впоследствии Некрополь мастеров искусств). В 1920 году на могиле композитора и генерала установили черный мраморный крест.

Цезарь Кюи, подобно Бородину, выдвинулся на двух совершенно различных поприщах - музыкальном и военно-инженерном. Кюи - русский композитор, музыкальный критик, активный пропагандист идей и творчества "Могучей кучки", один из основоположников национального движения в русской музыке, один из первых русских композиторов, уделивших большое внимание созданию музыки для детей (4 оперы, сборник детских песен). Он - автор свыше 700 музыкально-критических работ. И в тоже время Кюи сделал блестящую военную карьеру, дослужился до генеральского чина и стал специалистом в вопросах фортификации, заслуженным профессором фортификации. Он внес значительный вклад в становление и развитие русской национальной военно-инженерной школы, его труды по полевой фортификации и курс по ее истории сыграли большую роль в формировании русского и советского военного инженера-фортификатора. По его учебникам училось едва ли не большинство офицеров русской армии. За свою долгую жизнь Кюи прожил как бы несколько жизней, сделав исключительно много на всех избранных поприщах. Причем композиторской, критической, военно-педагогической, научной и общественной деятельностью он занимался одновременно! Поразительная работоспособность, помноженная на выдающееся дарование, глубокая убежденность в правоте идеалов, сформировавшихся еще в молодости, - бесспорные свидетельства большой и незаурядной личности Кюи.

Могила Кюи Цезаря Антоновича

 
Hosted by uCoz