АКСЕНЕНКО Николай Емельянович (1949-2005)


АКСЕНЕНКО Николай Емельянович (1949-2005)

Н.Е. Аксененко Министр путей сообщения и вице-премьер российского правительства Н.Е. Аксененко родился 15 марта 1949 года в селе Новоалександровка Болотнинского района Новосибирской области в семье железнодорожного инженера, помощника машиниста. Он был тринадцатым, самым младшим ребенком в семье. Разница между старшим и младшим была 24 года, поэтому старшие сестры относились к Николаю, как к своему сыну. В школу он пошел на год раньше положенного - в шесть лет, поскольку к тому времени уже умел хорошо читать и писать. Со школьных времен сохранилась одна из его характеристик. Звучит она примерно так: активный комсомолец, к учебе относится ответственно, пользуется уважением товарищей.

После окончания школы, в 1966 году, 17-летний Н.Е. Аксененко пошел работать на Новосибирский авиационный завод, где и начал свою трудовую деятельность. В 1966-1967 годах он работал слесарем-сборщиком на авиационном заводе и параллельно учился в Новосибирском институте инженеров железнодорожного транспорта по специальности инженер путей сообщения по эксплуатации железных дорог. По словам Н.Е. Аксененко, отец отговаривал его поступать в этот институт, но Николай твердо решил продолжать железнодорожную династию.

В 1972 году Николай Аксененко окончил институт и стал работать дежурным по станциям Восточно-Сибирской железной дороги. В 1972-1974 годах он работал в этой должности на станциях Вихоревка и Нижнеудинск, а в 1974-1978 годах был начальником станций Азей и Нижнеудинск Восточно-Сибирской железной дороги. В 1978 году Аксененко покидает Сибирь, в течение года (до 1979) он работает заместителем начальника станции Отрожка Юго-Восточной железной дороги (г. Воронеж), а затем, с 1979 по 1984 год последовательно занимает должности заместителя начальника, начальника отдела движения Воронежского отделения Юго-Восточной железной дороги, и, наконец, заместителя начальника службы движения Юго-Восточной железной дороги.

Отработав почти 7 лет в Воронеже, в 1984 году Аксененко получает новое назначение - на север. В 1984-1985 годах он - заместитель начальника Мурманского отделения старейшей в стране Октябрьской железной дороги, затем, в 1985-1986 гг. - начальник Ленинград-Финляндского отделения Октябрьской железной дороги. После этого, в течение шести лет (1986-1991) Аксененко занимал должность заместителя начальника Октябрьской железной дороги. Параллельно он учился в Академии народного хозяйства, которую закончил в 1990 году. В 1991-1992 годах Николай Аксененко совмещает две должности - заместителя начальника дороги и главного экономиста, а потом, в 1992-1994 годах он работает первым заместителем начальника Октябрьской железной дороги.

Карьерный рост Н.Е. Аксененко продолжался. В 1994 году он был назначен заместителем министра путей сообщения, в 1996 году - Первым заместителем министра. Наконец, 15 апреля 1997 года Н.Е. Аксененко стал министром путей сообщения Российской Федерации в правительстве Виктора Черномырдина. Он занял этот пост вместо А.Зайцева, бывшего в свое время как раз начальником Октябрьской железной дороги и теперь проигравшего своему подчиненному. Его предшественник все время повышал тарифы - и на железной дороге была неразбериха. Первое, что сказали Аксененко: снизить тарифы, создать независимый от МПС тарифный орган - была организована комиссия по регулированию тарифов, которую возглавил Борис Немцов. Затем - провести впервые после графа Витте тарифный съезд, который состоялся в Красноярске и в Москве, где решилось, что не должно быть никаких эксклюзивных скидок. Там было принято уникальное правило: если ты даешь скидку для одной компании, то она сразу же распространяется на все остальные. Надо было наладить работу Транссиба, достроить железнодорожную ветку вокруг Чечни. Кроме того, восстановить транзит от Японии и Южной Кореи до Бреста. Все это Аксененко сделал в жестком режиме.

На посту "главного железнодорожника" Николай Аксененко запомнился несколькими грандиозными проектами. Он первый предложил соединить остров Сахалин с материком мостовым переходом или железнодорожным тоннелем. Проект оценивался почти в $20 млрд. Говоря об этом амбициозном плане, Аксененко подчеркивал: "Проект туннеля под проливом, отделяющим Сахалин от материка, разрабатывался еще при Сталине. Сейчас же сложились оптимальные предпосылки для его претворения в жизнь с точки зрения экономической, политической и социальной ситуации в стране. Этот проект крайне выгоден с коммерческой точки зрения". Кроме того, министр Аксененко неоднократно заявлял о необходимости возрождения БАМа, приносящего казне до 6 млрд. руб. убытков в год: "В свое время БАМ строился для того, чтобы разгрузить Транссибирскую магистраль. Пока его строили, напряженность перевозок по Транссибу снизилась, и БАМ стал убыточным. Закрыть магистраль невозможно. Избавиться же от убытков можно, лишь повышая объемы перевозок. Для этого нужны реальные проекты, и они у нас есть. Специалистами подсчитано, что уже к концу 2005 года мы сможем загрузить БАМ до уровня безубыточности. К этому же времени планируем сделать БАМ двухколейным, что также увеличит его пропускную способность".

При Николае Аксененко появилась идея упрощения железнодорожного сообщения с Европой, имеющей более узкую колею, чем в России. И все же один мегапроект Николай Аксененко успел реализовать. При нем была создана компания "Транстелеком" с самым современным оборудованием оптико-волоконных линий связи. При министре Аксененко железные дороги стали одной из динамично развивающихся отраслей российской экономики, а самым народным его проектом стал футбольный клуб "Локомотив". Из средней команды "Локо" стал лидером российского чемпионата и получил деньги на самый современный в России стадион. А команда "Локомотив-Белогорье" из Белгорода стала флагманом отечественного волейбола.

Еще будучи заместителем министра путей сообщения, Аксененко вошел в большую политику. В 1996 году МПС сыграло большую роль в организации предвыборной кампании Бориса Ельцина. Аксененко курировал пропрезидентский пиар и бюджетные "вливания" на него от МПС. После отставки Правительства России 25 марта 1998 года Николай Аксененко сохранил за собой пост министра путей сообщения в правительстве Сергея Кириенко. В переходный период с 23 августа по сентябрь 1998 года Аксененко был исполняющим обязанности, а 25 сентября 1998 года Указом Президента России вновь утвержден в должности Министра путей сообщения уже в кабинете Евгения Примакова.

13 марта 1999 года Николай Аксененко был награжден орденом "За заслуги перед Отечеством" III степени, а уже 12 мая того же года, после отставки Евгения Примакова, указом Президента России №579 он был назначен первым вице-премьером Правительства Российской Федерации в правительстве Сергея Степашина. Так решил президент Борис Ельцин. Той весной 1999 года Аксененко едва не возглавил правительство, став героем одной из ельцинских "загогулин". Но президент в итоге использовал его как отвлекающий маневр. Тогда Борис Ельцин, сняв с премьеров Примакова, позвонил спикеру Госдумы Геннадию Селезневу и сказал, что вносит на рассмотрение депутатов кандидатуру Аксененко. Когда же на Охотный ряд доставили официальную бумагу, в ней оказалось имя Сергея Степашина.

Б.Н. Ельцин в своей книге "Президентский марафон" вспоминал, что уже тогда считал преемником Владимира Путина, но хотел дать стране "передышку". А потому рассматривал запасные варианты - Аксененко и Степашина. "Итак, кто у меня в списке сейчас? Николай Аксененко, министр путей сообщения, - пишет Ельцин. - Тоже хороший запасной игрок. Опять он в моей "премьерской картотеке". Аксененко вроде бы по всем статьям подходит. Решительный, твердый, обаятельный, знает как с людьми говорить, прошел долгий трудовой путь, поднялся, что называется, от земли. Сильный руководитель. Однако Дума относится к нему неприязненно, встречает в штыки. Это хороший вариант, чтобы заранее разозлить, раздразнить Думу. Подготовить ее к конфронтации. А потом выдать ей совсем другую кандидатуру". И ниже: "Итак, решено. Вношу кандидатуру Степашина. Но мне нравится, как я завернул интригу с Аксененко. Этакая загогулина. Думцы ждут именно его, готовятся к бою. А я в этот момент дам им другую кандидатуру". Как бы то ни было, ельцинская "загогулина" и репутация "человека Березовского" поставили крест на карьерных перспективах Николая Аксененко. Вскоре Аксененко стал личным врагом Сергея Степашина, увидевшего в нем конкурента.

РЖД Аксененко не стал премьер-министром. В мае 1999 года в правительстве Примакова он получил пост едва ли не равный премьерскому - Первого вице-премьера, отвечающего за экономическую политику и реальный сектор экономики. Это время стало для него взлетом карьеры. Поддерживаемый главой администрации Александром Волошиным, он имел реальный вес. Президент Б.Н. Ельцин, по словам правительственных чиновников, стимулировал политические амбиции Аксененко. Именно тогда Борис Николаевич перед телекамерами объявил о нем, как о своем возможном преемнике. Аксененко был одним из кандидатов в президенты, подтверждает близкий к Кремлю источник, хорошо знающий и самого президента, и Аксененко: "Ельцин рассматривал его в качестве кандидата, это был его личный проект, он ему симпатизировал". Был даже сформирован предвыборный штаб Николая Аксененко для предстоящей кампании. Но позже Ельцин нашел себе другого преемника, Владимира Путина. 18 августа 1999 года Путин стал премьером, а Аксененко вновь назначен на должность первого вице-премьера. Говорили, что Аксененко не позволили стать президентом обстоятельства: его активно лоббировали Татьяна Дьяченко, Абрамович и Мамут, но против него серьезно выступала чубайсовская группа. Ельцин не мог допустить раскола во власти, а потому нашел компромиссную фигуру в лице Путина. Как говорил близкий к Кремлю источник, Аксененко выдержал удар и "спокойно пережил это". "Он был сильным человеком, перескакивал через обиды и продолжал пахать".

Аксененко, по словам экс-министра энергетики Виктора Калюжного, был трудоголиком - его рабочий день начинался в 7 утра, а заканчивался ближе к ночи. Совещания Аксененко длились не больше 35 минут, но, выходя с них, каждый понимал, что нужно делать и куда идти. Держался Аксененко независимо. Воспользовавшись отсутствием премьера, он в сентябре 1999 года подписал распоряжение об отставке президента "Транснефти" Дмитрия Савельева, ставленника Сергея Кириенко. На вопрос "Ведомостей", почему он снял Савельева за спиной Путина, не дожидаясь его возвращения из Новой Зеландии, Аксененко тогда сказал: "У меня было право - я исполнял обязанности премьера".

10 января 2000 года Михаил Касьянов освободил Николая Аксененко с поста первого заместителя Председателя Правительства РФ, сохранив за ним портфель главы МПС. В мае 2000 года при формировании правительства Михаила Касьянова для Аксененко вице-премьерской должности не нашлось, и он вновь был назначен на пост министра путей сообщения. "Он спокойно отреагировал на вопрос Касьянова, кем он хочет оставаться - министром или вице-премьером? - рассказывает близкий к Кремлю источник, - и сказал, что министром, потому что это мое родное". И до своей отставки в 2002 году Аксененко занимался разработкой плана реформирования подвластного ему ведомства. Кстати, поначалу железнодорожный начальник сопротивлялся реформированию МПС, пока не создал свою систему и не посадил своих людей на ключевые должности. Именно при обсуждении этой реформы, как утверждают "Известия", Николай Аксененко в декабре 2001-го впервые почувствовал обострение болезни прямо в Белом доме. Вскоре последовала и отставка, а потом - обвинение в растрате государственных средств.

9 октября 2001 года на Николая Аксененко завели уголовное дело. В основу легли материалы Счетной палаты. Он был вызван в Генпрокуратуру, где его допрашивали в качестве свидетеля. После допроса министру было зачитано постановление о привлечении его в качестве обвиняемого. Уголовное дело, возбужденное по ч. 3 ст. 160 ("Присвоение вверенных средств с использованием служебного положения") и ч. 3 ст. 286 ("Превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий") УК РФ, было направлено в Мосгорсуд в 2003 году. Бывшего министра обвиняли в основном в том, что он незаконно тратил на содержание центрального аппарата МПС прибыль железных дорог, перечисленную в ведомственные фонды образования и здравоохранения. Обвинение, которое Генпрокуратура предъявила бывшему министру путей сообщения, состояло из трех частей: незаконная централизация выручки 17 железных дорог (это, по версии следствия, было не чем иным, как превышением должностных полномочий), растрата этих средств (которая заключалась в расширении штата центрального аппарата министерства на 250 человек, выплате премий и завышенных командировочных сотрудникам этого аппарата, на что ушло 70 млн. руб., или по тогдашнему курсу, чуть более 20 тысяч долларов) и неуплата налогов его подчиненными. Как утверждают источники, фигурировали данные о том, что Аксененко якобы причастен к нецелевому использованию примерно одного миллиона долларов. Пытались Аксененко обвинить и в превышении полномочий при создании внебюджетных фондов образования и здравоохранения, однако в окончательном варианте эти обвинения не фигурировали.

Особое внимание Генпрокуратуры привлекла благотворительная деятельность главы МПС: министр легко подписывал платежные поручения на миллионы рублей на выплату помощи театрам и артистам. В январе 2000 года по просьбе полпреда правительства в Чечне Николая Кошмана Аксененко выделил республике 25 млн. руб. на восстановление экономики и социальной сферы. В том же году министерство перечислило более 11 млн. руб. на счет Троице-Сергиевой лавры в качестве благотворительной помощи на реставрационные работы, а по просьбе Людмилы Зыкиной возглавляемая ею Академия культуры России получила от МПС 5 млн. руб. "на ведение уставной деятельности". Но больше всех повезло администрации Кемеровской области - по просьбе Амана Тулеева министерство оказало ей помощь в размере 70 млн. руб. на погашение задолженности предприятий ЖКХ. В помощи Аксененко не отказывал никому - ни администрации Чеченской Республики, ни семьям погибших на атомоходе "Курск". В общей сложности на благотворительные цели было израсходовано более 513 млн. руб. Эти действия Генпрокуратура расценила как "растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное неоднократно, с использованием своего служебного положения, в крупном размере". Однако под каждым найденным прокуратурой фактом растраты указано: "средства потрачены на указанные цели". Третья часть обвинения касалась налоговой политики МПС. Централизуя доходы 17 железных дорог, Аксененко, по версии следствия, умышленно ограничил их финансовую и хозяйственную самостоятельность. По этой причине железные дороги систематически недоплачивали в бюджет большую часть налоговых выплат. Так, своими телеграммами в адрес управлений железных дорог министр определил к оплате в качестве налогов за последний квартал 2000 года лишь около 3 миллиардов руб. при фактической задолженности почти в 25 миллиардов руб.

Между тем один из руководителей юридической службы МПС, хорошо знакомый с ситуацией, заявил, что фактически все обвинения несостоятельны. По его словам, система централизации доходов 17 российских железных дорог действует с середины 40-х годов прошлого века, и она полностью соответствовала и до сих пор соответствует закону "О федеральном железнодорожном транспорте", Положению об МПС и специальному порядку проведения операций по доходным счетам МПС, утвержденному Банком России. Более того, в декабре 1999 года эта система одобрена на расширенной коллегии МПС, на которой присутствовали тогдашний премьер-министр Владимир Путин, нынешний гендиректор РАО "РЖД" Геннадий Фадеев, а также руководители всех 17 дорог. Что касается факта ограничения налоговых выплат, то вся задолженность железных дорог перед бюджетом была признана объективной и урегулирована специальным постановлением правительства. Обвинение в растрате, по мнению представителя МПС, также несостоятельно. Средства из прибыли, которые якобы растратил Аксененко, принадлежат 17 железным дорогам. На заседании коллегии МПС каждый год утверждались смета и отчет о расходовании этих средств. А значит, нет никакого ущерба.

стадион Локомотив 3 января 2002 года Аксененко подал заявление об отставке с поста министра, и в тот же день президент РФ Владимир Путин подписал указ о его освобождении от занимаемой должности. По поводу "наезда" на всесильного железнодорожника есть несколько версий. Одна из них - конфликт Аксененко с алюминиевым магнатом Олегом Дерипаской из-за железнодорожных тарифов и собственности на транспорт, ведь от этого зависит прибыль алюминиевых компаний, в себестоимости алюминия транспорт составляет до 30 процентов. Другая версия - разногласия между Аксененко и Анатолием Чубайсом. По информации многих источников, у главы РАО ЕС всегда были плохие отношения с Аксененко, хотя конфликт этот в основном производственный -- между потребителем и производителем (МПС должна РАО ЕЭС). Наконец, по третьей версии, Путину после его расправы с Березовским и Гусинским нужна была следующая жертва, чтобы в случае чего свалить на них все неудачи в стране, которые были вполне возможны из-за падения цен на нефть. Так что сделать из главного железнодорожника очередную жертву в борьбе с коррупцией было вполне логично.

Сам же Николай Емельянович якобы считал своими "заказчиками" Чубайса, Дерипаску и Сергея Степашина, отношения с которым у Аксененко всегда были далеки от идеальных. Рассказывают, что когда Степашин уходил в отставку с поста премьера, то не сдержался и съязвил в адрес Аксененко: "Николай Емельянович, я думаю, что вы тоже долго не задержитесь". Однако прогноз Степашина оказался ошибочным: после его выезда из Белого дома министр Аксененко в своем кресле задержался, хотя также не смог получить обещанного ему Кремля. Весной 2001 года, когда Счетную палату возглавил Степашин, министерство Аксененко оказалось под прицелом аудиторов. Советник Степашина Владислав Игнатов отрицал ангажированность проверки МПС и то, что Степашин сводил счеты с Аксененко. Аудиторы утверждали, что немалая часть прибыли железных дорог концентрировалась в различных фондах МПС, из которых проводились нецелевые операции. МПС покупало своим сотрудникам квартиры по 400-800 тысяч долларов. Необоснованными аудиторы назвали вложения МПС 4,3 млрд руб. в строительство глобальной магистральной сети связи "Транстелеком". Аудиторы обвиняли Аксененко в выборе слишком дорогих подрядов, которые доставались Балтийской строительной компании. На счетах в Транскредитбанке, купленном МПС, укрывалась прибыль всех участников цепочек и схем по этим подрядам, утверждали аудиторы. На счетах в том же банке, по словам аудиторов, "неправомерно консолидировались" 100% амортизационных отчислений предприятий отрасли, которые в 2000 году составили 52,8 млрд руб.

Ясно было одно - отставка Аксененко это результат борьбы за власть между старой ельцинской гвардией и новыми политиками из Петербурга, родного города Путина. Ведь Аксененко был единоличным хозяином монополии, которая владеет 159 000 км железнодорожных путей с 5 миллионами служащих и оборотом в 10 млрд. долларов. К тому же, по словам Сергея Юшенкова, "в МПС вращается колоссальное количество живых денег. Только налоги этого ведомства составляют 3,5 миллиарда рублей в месяц, а оборот денег за тот же период равен примерно миллиарду долларов". Не менее важна должность министра и в политическом плане: 17 начальников железных дорог контролируют всю страну. Аксененко не был человеком Путина, он был представителем "ельцинской гвардии", которую в течение последних лет все время пытались вытеснить на обочину. За него были Роман Абрамович, Татьяна Дьяченко с Валентином Юмашевым, Борис Березовский. Против - новая команда Путина и Чубайс с Грефом, мечтающим о "демонополизации" МПС. Сам Путин, скорее всего, к этому не имел отношения: "Президенту, чтобы уволить человека, не надо заводить уголовные дела".

Лишь немногие публично заступались за опального чиновника. "Материалы, которые я видел, не подтверждают фактов злоупотреблений", - сказал Михаил Касьянов осенью 2001 года. К моменту, когда Аксененко заболел, в обвинениях осталось лишь ненормативное расходование средств в основном на благотворительность, рассказывает близкий к Кремлю источник. "Похоже, это все было не очень законно с точки зрения правовой, а с точки зрения целей ничего криминального не было", - говорит он.

6 октября 2003 года адвокаты Аксененко обратились в Генпрокуратуру с ходатайством о выдаче их подзащитному разрешения временно покинуть пределы России для прохождения обследования и курса лечения в одной из зарубежных клиник - у бывшего министра стремительно развивалась болезнь крови, диагностировать которую не могли лучшие российские врачи. Через три дня с него сняли подписку о невыезде и разрешили выехать за границу, но "в обмен" он подписал протокол отказа от дальнейшего ознакомления с делом (из почти 300 томов обвиняемый к этому моменту успел прочесть лишь половину).

Николая Аксененко (у него обнаружился лейкоз крови) доставили в Мюнхен на специальном медицинском самолете. Почти все это время он провел в клинике университета Гросс-Хадерн. Один из близких друзей бывшего министра, попросив не называть его имени, рассказывал о последних месяцах жизни Николая Аксененко: "Немецкие врачи удивлялись силе его организма. Он перенес две тяжелейшие операции по пересадке внутренних органов. Донором костного мозга во время одной из операций был его сын Рустам. Практически все 22 месяца, как его доставили в Германию, он был прикован к больничной койке. Я слышал, в России говорили, что он тут по казино ходит - это все вранье. Он боролся за жизнь. Надеялся на выздоровление до последнего, хотя и понимал, что шансов у него немного. Он постоянно переживал то, что случилось с ним в России. Я думаю, из-за этих переживаний у него и обострилась болезнь".

Тем временем, процесс над бывшим министром так и не начался. Дело Аксененко, направленное в Мосгорсуд, было возвращено в Генпрокуратуру в связи с тем, что "не представляется возможным доставить обвиняемого на судебный процесс". Генпрокуратура обжаловала возврат ей дела в Верховном суде России, президиум которого 15 апреля 2005 года обязал президиум Мосгорсуда "возбудить надзорное производство" и заново рассмотреть вопрос о принятии дела к производству. Однако это решение принято не было. Николай Аксененко, бывший министр путей сообщения и бывший первый вице-премьер Правительства Российской Федерации, скончался после продолжительной болезни в возрасте 57 лет 20 июля 2005 года в Мюнхене, в клинике Гросс-Хадерн, где проходил курс лечения. В момент смерти с ним были его жена и дети.

Гроб с телом Николая Аксененко был доставлен в Санкт-Петербург поездом из Москвы 24 июля около половины седьмого утра. Его сопровождали вице-президенты ОАО "Российские железные дороги" Борис Лапидус и Валентин Гапанович, начальник Московской железной дороги Владимир Старостенко и председатель Российского профсоюза железнодорожников и транспортных строителей Николай Никифоров. Новый глава ОАО "РЖД" Владимир Якунин распорядился прицепить к поезду Москва-Петербург два спецвагона - для всех сотрудников компании, а также родных и близких Николая Аксененко, желавших с ним попрощаться.

Решение похоронить Аксененко в Петербурге принималось его родственниками, которые постоянно проживают в северной столице. Необходимые разрешения были получены без проблем. Траурная служба в Свято-Троицком соборе лавры началась в час дня, в церкви собралось около 300 человек - родные и близкие покойного. Поскольку вход в храм не закрывался, посетители, в том числе и туристы, могли видеть службу, однако сотрудники охраны старались оттеснить их подальше и просили не вести фото- и видеосъемку. Затем кортеж направился на Никольское кладбище, расположенное рядом с храмом. Весь путь до места захоронения вблизи могил Галины Старовойтовой и Анатолия Собчака был усыпан гвоздиками и розами. На кладбище траурная церемония продолжилась. На могиле установили деревянный крест с эмалевым портретом Аксененко, а сама она оказалась полностью укрыта живыми цветами. Венки прислали правительство РФ, первый президент России Борис Ельцин, руководители железных дорог, митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир, футбольный клуб "Локомотив".

Дело Аксененко после его смерти было прекращено. К рассмотрению дела суд до самой смерти бывшего министра так и не приступил. "Политические амбиции были уже убиты, и Аксененко отпустили за границу, как оказалось, умирать", - сказал чиновник Белого дома. Впрочем, родственники министра получили право настаивать на проведении данного процесса с тем, чтобы добиться посмертной реабилитации Аксененко, который никогда не признавал себя виновным, считая обвинение "политически мотивированным".

Политическая карьера Николая Аксененко была недолгой, но бурной. Сельский паренек, начавший слесарем-сборщиком, он попал на железную дорогу и сделал там блестящую карьеру от дежурного по станции до министра путей сообщения. А, возглавив МПС, в 1997-2002 годах успел поработать при шести премьерах. Аксененко никогда не занимал должностей ни в партии, ни в комсомоле, исключительно хозяйственные. На взлете карьеры, возвысившись при Ельцине и войдя в кремлевскую элиту, он вполне мог стать президентом России. Он был одним из самых ярких государственных чиновников-хозяйственников в новейшей истории страны. Но его карьера закончилась в 2002 году потерей всех государственных постов и уголовным делом, заведенным Генеральной прокуратурой. Его называли и "растратчиком госсредств" (как записано в уголовном деле), и любителем кумовства (в МПС оказалось слишком много родственников министра). Он рухнул как-то сразу, без стенаний и обвинений в адрес подставивших его "друзей". А потом - смерть на чужбине от неизлечимой болезни, в опале, под угрозой уголовного наказания. Профессиональный железнодорожник, в политике, видимо, он пошел не по тому пути. Его судьба - отражение ситуации во властных структурах современной России, где борьба кланов, партий, групп влияния, открытая и подковерная, играет человеком, а то и страной. И мнения о деятельности Аксененко, о его роли в политике и экономике, соответственно, были и есть слишком неоднозначные…

Я не олигарх, а государственный служащий, который постоянно чувствует ответственность за безопасность людей, за развитие системы путей сообщения. За то, чтобы людям было доступно и комфортно пользоваться железными дорогами.

Николай Аксененко, октябрь 2000 года
могила Н.Е. Аксененко

 
Hosted by uCoz